Михаил Пореченков и Варвара Пореченкова на съемках фильма "День Д"
Михаил Пореченков и Варвара Пореченкова на съемках фильма "День Д"

За последнюю неделю мы наблюдали несколько режиссёрских дебютов, и, как выясняется, весьма неоднозначных. Любопытно смотреть такие картины и прогнозировать дальнейшую судьбу новичка в режиссуре, тем более, если он — не последняя в кинематографе фигура. Это и было одной из мотиваций: идти или не идти на "День Д" — от первого до последнего титра детище агента национальной безопасности Михаила Пореченкова. Интерес к фильму долго подогревался разнокалиберными новостями и накалился до предела после сообщения о премьере в Цхинвале. Этот жёсткий PR-ход заставил задуматься: не имеем ли мы политическую агитацию, тщательно закамуфлированную под "драматическую историю любящего отца, который ради спасения дочери готов пожертвовать собственной жизнью"?

Создатели картины упорно позиционируют "День Д" — римейк американского "Коммандос" — как драматический экшн и заявляют о начале новой эры патриотического кино. Серьёзно так говорят, с чувством выполненного долга перед отечеством. На мой взгляд, получилась вполне добротная пародия, в том числе и на патриотизм, о котором талдычат пореченковцы. Так почему бы на этом не успокоиться? Просто очень скупые реплики от не очень на этот раз красноречивых сценаристов братьев Пресняковых о том же патриотизме ("Ты всю жизнь будешь нищим, потому что ты любишь свою страну, а ей на тебя наплевать, она тебя предаст") и визуальное их сопровождение противоречит тому, что говорят режиссёр и его команда.

Простой русский парень, вэдэвэшник Иван (Михаил Пореченков), обычно приходит домой нетривиальным способом — прилетает на парашюте. Он себе это может позволить, ведь его домик стоит не в центре мегаполиса, а в горах. На пороге арбузом и цитатами из бестселлера "Новое тело по специальной цене" папу встречает дочь Женя (Варвара Пореченкова), в свободное от учёбы время просматривающая "арт-хаус" — "Солярис" Тарковского. Семейную идиллию нарушает "волшебник в голубом вертолёте", бывший начальник Ивана, который беспокоится за судьбу майора в отставке и оставляет нескольких мальцов, якобы, с просьбой обучить их боевому искусству, а на самом деле, в качестве секьюрити. Сами того не желая, бывшие сослуживцы приводят за собой "хвост" в виде эстонских злодеев, которые похищают Женю и в обмен на дочь требуют убить эстонского президента. Почему именно эстонского, не объясняется, видимо, из-за истории с памятником. Главный злодей фильма — эстонский политик Урмас (Виктор Вержбицкий), которому надоело умолять русский народ покупать шпроты, мечтает о том, что президент балтийской страны погибнет от пули русского солдата, настоящего, а не бронзового, и будет эстонцам счастье.

Но проблема в том, что у Ивана, как он сам признается, изжога от шпрот, поэтому даже после угрозы политика "прислать дочь в банке в собственном соку, чтобы изжоги не было", он никакого президента убивать не собирается, а дочь он и так спасёт — кто бы сомневался. Сделав очень важное открытие: "Если бы дьявол захотел сделать себе солдата, он сделал бы Ивана", Урмас отправляет нашего героя, по-видимому, в Таллинн, в аэропорту случатся несколько шуток об "арт-хаусе" (братья Пресняковы шутят сами над собой) и животных, а также отсылка к первоисточнику из уст пиарщика Стаса (Михаил Трухин), глядящего на взмывающий ввысь самолёт: "Не прыгнул. А Шварц бы прыгнул!". Но мы-то знаем, что прыжок состоялся. Что ему стоит? Тем более, он в начале фильма уже показывал нам, как прыгать умеет. Погода была безветренная, поэтому наш герой приземлился аккурат на то место, с которого стартовал.

А дальше всё развивается по известной схеме: за 10 часов (время полёта — Урмас ведь думает, что "киллер поневоле" направляется на задание) Иван проделает всю подготовительную работу, устранит всех мелких злодеев на своём пути, оставив серьёзных на закуску, обзаведётся спутницей, максимально использует когда-то подслушанную информацию, затарится оружием в рыбном цехе и, угнав гидросамолёт, прилетит на остров, где довольно экзотично справится с очередной партией врагов и спасёт-таки дочь. Что и требовалось показать. Казалось бы, все по сценарию практически двадцатилетней давности: пришёл, увидел, победил. Но что-то не так. Точнее, не что-то, а много чего.

Если воспринимать происходящее на экране серьёзно, то на протяжении всего фильма создаётся впечатление, что актёры проводят мастер-класс на тему: "Как не надо играть". И, нужно сказать, некоторые справляются с поставленной задачей превосходно. Например, Варвара Пореченкова естественно выглядит только в сценах с отцом, что понятно, всё остальное — школьный утренник с наизусть заученными репликами. В её образцово-показательных выступлениях очень мало настоящей жизни, а за показной деловитостью ("Ты смотрел "Солярис" Тарковского? А Тарантино? А Такеши Китано?") в девочке пока трудно разглядеть актёрский талант.

Михаил Трухин также неубедителен в роли клоуна, особенно в эпизоде, подсмотренном в "Страхе и ненависти в Лас-Вегасе" с кокаином на бешеной скорости, поэтому "несчастный случай на стройке" в середине фильма (Иван: "Я обещал ему, что он смешно умрёт. Я его не обманул") — просто спасение для актёра, которому, как может показаться, не очень импонировало новое амплуа.

Для Виктора Вержбицкого, напротив, не внове играть "врагов народа", однако, то ли эстонцы как нация ему не симпатичны, то ли политика Евросоюза не интересна, смотрится в кадре он как-то вяло, бесхарактерно, плоско. Если бы Урмаса играл другой актёр, а не типажный Вержбицкий, он не воспринимался бы вовсе, потому что для злодея роль, придуманная Пресняковыми, слишком пресная (извините за каламбур), не за что в ней зацепиться.

А вот другой злодей Гелда (Боб Шрайбер), потяжеловеснее будет. Он, похоже, когда-то работал с Иваном и, видимо, был чем-то ущемлён, так что расправу над нашим суперменом считает главной целью своей жизни. Он настоящий отрицательный герой, антагонист Ивана, именно в его уста вкладываются слова о патриотизме и предательстве, но даже Гелда серьёзно воспринимается до поры до времени. Очень сложно усмотреть драматургию в том, что он постоянно и не очень эстетично высовывает язык по поводу и без и проводит свой последний в этом хронометраже бой по уши в красной икре.

В "девушку Бонда", стюардессу Алию (Александра Урсуляк), случайно и удачно попавшуюся на пути нашему герою (интересно, если бы на его пути попалась уборщица аэропорта, смогла она ближе к финалу угнать гидросамолёт и доставить Ивана на заветный остров?), честно говоря, как-то не влюбляешься. Её внешняя грубоватость соответствует образу главного героя, в то время как для более яркого эффекта с ним рядом лучше бы смотрелся противоположный типаж, а не слишком похожий на него — девушка хрупкая и ранимая, тогда бы её перевоплощение в подружку супергероя было бы впечатляющим. Была бы она Алёнушка, а не Алия — "подарок небес". Хотя "подарочная" функциональность, хамовитость и мужественность Алии для Ивана в его спасательной операции, конечно, бесценны (взять хотя бы тот же гидросамолёт). Да и танцевала она в съёмочных кадрах финальных титров уж очень смешно.

Сам Иван — русский Шварц, такой же не горящий в огне, не тонущий в воде, такой себе универсальный солдат, включающий иногда особый режим "папа", — положительный герой, патриот, не бросающий слов на ветер (да и вообще, живущий по принципу "молчание — золото"). Я уже не помню подробностей поведения персонажа Шварценеггера в "Коммандос", но, наверно, он был именно таким. Но у нашего всё же — свои особенности. Вот он без страха и упрёка мчит по горам на снегоходе, без угрызений совести скручивает головы, колет, рубит, режет, с непроницаемым видом расправляется со всеми препятствиями на пути, сурово мажет лицо чёрной краской и дополняет свой суперкамуфляж свежеукраденным оружием, не прыгает, а на пистолетах съезжает по стене с потолка — так эффектнее (или удобнее?)… Но между тем этот супермачо не лишён обаяния, присущего только ему. Не Арнольду, нашему Пореченкову, который может с тенью улыбки, сохраняя всю серьёзность вида, расстреляв всех и вся, сказать золотым рыбкам в аквариуме: "Не волнуйтесь!", или же, добивая своего противника в чане с красной икрой, заботливо обронить: "Не подавись!", или, не зная, что будет через минуту, спокойно сказать дочери, которая болтается на висячем механизме с перспективой ухода под воду: "Я скоро приду. Доверяй папе!". И как такому не доверять? Но доверие доверием, а всерьёз, как ни крути, не воспринимается. Всё кажется, что в какой-то момент вместо ответа на очередную дурацкую реплику он будет смеяться так, что лопнет от смеха, да и не от смеха тоже может лопнуть, ведь накачан он неслабо.

Назови создатели фильма "День Д" пародией, многое бы им простилось. По крайней мере, большая часть вопросов по части сценария, актёрской игры и не всегда удачной операторской работы. Честь и хвала Пореченкову за то, что он выбрал в качестве "мест дислокации" родное побережье Чёрного моря — Новороссийск, Анапу, Геленджик, а не вражеский, без пяти минут натовский Крым ("Спецназ НАТО сломает тебе хребет!" — "Да пошёл ты со своим НАТО!"). Но не все ландшафтные и морские съёмки были выразительными: потенциал выразительности в кадре виден лишь наполовину. Крупных планов, наоборот, могло бы быть меньше, а интересные, а не однобокие ракурсы боевых сцен заметно могли бы оживить ход картины. Дурацкие реплики с серьёзными лицами героев и унылой атрибутикой воспринимаются по-дурацки, и многие потенциально смешные эпизоды просто теряются на общем фоне. Естественного смеха в процессе просмотра меньше, чем смазанных шуток и недоумения в связи с неумелым их использованием. И пойди режиссёр и его команда по пути римейка культового американского блокбастера "Коммандос" как откровенной пародии на оригинал, было бы другое дело. Лишний пафос задавил "День Д", и два восприятия — естественное и навязанное — мешают друг другу в процессе просмотра и выносе окончательного вердикта.

Поразительно, но в таком, по большому счёту, по многим параметрам невнятном кино гармонично воспринимается музыкальное сопровождение. Композитором в картину пригласили Сергея Шнурова, и он честно отработал свой гонорар. Достаточно вспомнить, как жизнерадостно посетители аквапарка съезжают с водяных горок под классическую ленинградскую "Группу крови", или трогательный хэппи-энд, плавно перетекающий в титры с курьёзными эпизодами на съёмочной площадке и в выполнении трюков, под аккомпанемент лиричной "Так сложно быть любимым и любить". Да и все "молотилки" по ходу фильма поддерживаются трэками чётко "в тему". Но приходить и смотреть фильм с закрытыми глазами, согласитесь, не самый лучший вариант.

В качестве послесловия. В принципе, снять римейк на культовую картину — задумка хорошая, но на первый раз нужно было либо не заниматься самодеятельностью, а добросовестно делать под копирку, усиливая боевик спецэффектами и динамизмом, либо ответственней подойти к сценарию, чтобы в имеющихся декорациях персонажи смотрелись не так плоско. В итоге получилось, как в той пословице про двух зайцев: в своём дебюте Пореченков на 100% не состоялся ни как актёр, ни как режиссёр. Уж лучше бы он ради "Дня Д" не отказывался от съёмок у Фёдора Бондарчука в "Обитаемом острове", по крайней мере, мы бы увидели полноценную актёрскую работу. А так… Если герой-Пореченков с самолёта всё-таки прыгнул, то у режиссёра-Пореченкова, как минимум, сломаны ноги. В таком состоянии с режиссурой придётся повременить. Однако достойная альтернатива всё же имеется, точнее, шансы на то, что в скором времени курс реабилитации Михаила Пореченкова (в роли генерального продюсера семейного проекта-альманаха "Сказка-21" и по совместительству плюшевого мишки с оторванной лапой в этом же проекте) пройдёт успешно.


comments powered by HyperComments

Умерла Вера Глаголева

X МКФ "Восток&Запад. Классика и Авангард": Первая "Ночь ужасов"

XXV КФ "Окно в Европу": Трудные родственники

Умер Виктор Смирнов

XXV КФ "Окно в Европу": То, что в окне

Умер Владимир Толоконников