Кадр из фильма "Фауст"
Кадр из фильма "Фауст"

Предупреждаю сразу: к поклонникам творчества Александра Сокурова я не относилась никогда; более того, фильмы знаменитого режиссера всегда казались мне слишком сложными для восприятия. Данный факт необходимо учитывать при прочтении этой рецензии. Я очень хорошо понимаю, что кинокритику… эээ… некрасиво признаваться в подобном, но врать не люблю.

Как бы то ни было, вкусы любого человека с годами меняются, и заново открыть для себя творчество Сокурова я решила с его экранизации "Фауста". Пьесу Гете я знаю неплохо, смотрела и ее великолепную телеверсию, созданную Михаилом Козаковым, и заслуженно получившую "Оскар" картину "Мефисто" режиссера Иштвана Сабо — историю об актере, который считал себя вершителем людских судеб, а на деле оказался лишь марионеткой в руках фашистов.

Конечно, отправляясь в кинотеатр, я понимала, что такой непредсказуемый постановщик, как Сокуров, вряд ли создаст традиционную (или даже очень модную в последнее время осовремененную) экранизацию классической драмы. И дело тут не только в оригинальном творческом подходе знаменитого режиссера, но и в том, что любая хорошая пьеса очень плохо поддается переносу на киноэкран. Более-менее успешно это удается сделать только с теми драматическими произведениями, действие которых происходит в закрытом пространстве — в домах, дворцах или хижинах. Если же хотя бы часть событий разворачивается среди лесов, пашен, пустошей и полей сражений, то никакое мастерство оператора не воссоздаст на киноэкране необходимый простор. В случае "Фауста" это особенно верно, поскольку некоторые сцены легендарной пьесы происходят в местах совершенно необычных, — например, на Небесах или на шабаше ведьм во время Вальпургиевой ночи.

Я понимала, что трактовка Сокурова будет очень далека от привычной зрителям, но она все равно сильно меня удивила. И это чувство не стало меньше от того факта, что новая экранизация "Фауста" имеет вполне связный и внутренне логичный сюжет, хотя в лентах Сокурова, особенно ранних, такое случалось не всегда.

Положительная часть моего удивления связана с искренним и неподдельным увлечением Сокурова немецкой культурой. У нас принято ругать иностранцев за отсутствие интереса к русской культуре, но в современной России очень немногие творческие люди испытывают те же чувства к культуре зарубежной. В советские времена дела в этом отношении обстояли гораздо лучше, но главным образом потому, что книги и фильмы об иностранцах помогали их создателям хотя бы ненадолго забыть о родной стране и ее порядках. В Европе и Северной Америке люди убегали от реальности в сказки об эльфах и хоббитах, в СССР — в сказки о мушкетерах, пиратах, виконтах, графах и маркизах. Но чистую развлекуху советская цензура не любила, поэтому многие осторожные творцы предпочитали создавать занудные произведения о социальном неравенстве в странах загнивающего капитализма — такие истории все равно открывали широкий простор для фантазии читателей и зрителей.

Сейчас времена изменились, и большинство творческих людей в России увлечены главным образом делами родной страны, что вполне логично. Искренний, внимательный и серьезный интерес к чужой культуре стал редкостью и потому вызывает безусловное уважение.

В сокуровском "Фаусте" очень хорошо видно, что увлечение режиссера немецкой историей и культурой по-настоящему сильное и яркое, в нем нет ни грамма притворства. И немецкие актеры, говорящие на родном языке, и неповторимая атмосфера старинных немецких городков для постановщика не дань моде или традициям, а совершенно неотъемлемая часть картины, необходимая как воздух.

Мне кажется вполне допустимым перенос действия "Фауста" из Средневековья в более позднее время (по-моему, в XIX столетие): в конце концов, эта история действительно могла произойти почти в любую эпоху. Полная достоверность нарядов и реквизита здесь неважна, но меня все равно поразили вилки, которыми пользовались жители не слишком богатого дома; впрочем, возможно, я просто плохо знакома с историческими реалиями. Да и вообще это мелочь…

Отрицательная часть моего удивления новой киноверсией "Фауста" главным образом связана с тем, какую именно трактовку классической пьесы предложили зрителям сценарист Юрий Арабов и режиссер. ("Фауст" Сокурова, — безусловно, экранизация классической драмы, а не средневековой легенды, поскольку именно Гете придумал Гретхен и ее историю.) Я понимаю: любое знаменитое произведение искусства, особенно такое сложное и неоднозначное, как "Фауст", можно истолковать очень и очень по-разному. Мое восприятие этой пьесы не более верно, чем любое другое, — но и не менее. Поэтому, не претендуя на абсолютную объективность, расскажу вкратце, как я понимаю драму Гете, а потом объясню, что меня так неприятно поразило в ленте Сокурова.

Для меня знаменитая пьеса — это история о могуществе человека. Казалось бы, у людей нет никаких шансов на победу в противостоянии с Мефистофелем — бессмертным демоном высокого ранга, которому известна не только человеческая жизнь, но и дела преисподней и — до некоторой степени — Небес. (Понятно, что Бог не стал бы разговаривать с совсем уж рядовым чертом.) По дьявольским меркам жизнь людей очень коротка; даже самые мудрые из смертных мало что знают о мире, в котором живут, а уж законы иных измерений им практически неведомы. Кажется, что в таких обстоятельствах Мефистофель обречен на победу.

Однако все складывается иначе: и кроткая, наивная Гретхен, и эгоцентрик-мудрец Фауст не сразу, но находят в себе силы противостоять Мефистофелю. Гретхен и Фауст совсем не похожи на неуязвимых и лишенных недостатков персонажей комиксов, — наоборот, это типичные люди своего времени, наделенные множеством слабостей, странностей и недостатков; на совести и Гретхен, и Фауста есть не только мелкие подлости, но и настоящие преступления. Однако в самый трудный час, когда победа Мефистофеля кажется неминуемой, и Гретхен, и Фауст обретают новые духовные силы, и это преображение показано с удивительной психологической достоверностью. Гретхен, убившая своего незаконного ребенка, добровольно идет на казнь за совершённое преступление, хотя могла бы спастись. Фауст, большую часть жизни заботившийся лишь о себе, находит призвание в помощи другим и понимает, что это и есть величайшее счастье, которое может испытать человек. Могущественный Мефистофель оказывается бессилен перед мужеством и самоотверженностью смертных… По-моему, Гете написал свою пьесу именно для того, чтобы напомнить, на что способны обычные люди — не герои, не супермены! — когда они находят в себе силы противостоять Злу.

Истории Гретхен и Фауста разворачиваются на невероятно ярком, красочном фоне. Архангелы, славящие Бога; ведьмы и бесы, пирующие на шабаше в Вальпургиеву ночь; простые горожане, студенты, девушки почтенные и не очень, императоры, полководцы, герои древнегреческих мифов, — кажется, нет ни одного сословия, ни одного представителя небесных и адских сил, о котором не упомянул бы Гете. И каждый персонаж, даже самый второстепенный, получился удивительно достоверным, а все вместе они создают невероятно красочную, объемную и сложную картину мира.

Сказать, что Сокуров и Арабов сильно изменили сюжет знаменитой пьесы, — не сказать ничего. В их версии этой истории Фауст не старик, а мужчина средних лет; соответственно, никакой молодости он от Мефистофеля не получил. Вагнер, у Гете увлеченный лишь наукой, у Сокурова безответно влюблен в Фауста. Перевод Евангелия, очень важный в пьесе, в фильме лишь упомянут. У Сокурова Фауст убил Валентина до того, как сблизился с Гретхен, а не после, как у Гете. Фауст подписал договор с Мефистофелем в самом начале пьесы — и в самом конце ее экранизации. Финал сокуровской версии и вовсе далек от того, что придумал Гете… Список неточностей можно продолжать очень долго, но совершенно очевидно, что все они не случайны.

Общая интонация картины тоже совсем иная. Пьеса Гете и в самые мрачные моменты наполнена яркими красками и радостью жизни. Лента Сокурова демонстрирует зрителям даже не трагизм, а скуку и нудную обыденность окружающей действительности. Даже Мефистофель (у Гете — умный и жизнерадостный циник), у Сокурова выглядит изрядным нытиком и занудой, а его сторонники-люди невероятно скучны и нелепы. Впрочем, жизнь обычных жителей родного городка Фауста столь же обыденна и рутинна, как и у тех их земляков, кто продал душу дьяволу.

Кроме того, фильм Сокурова наполнен множеством странноватых подробностей. Мефистофель здесь лишен мужских половых органов (хотя из Библии известно, что ангелы могли заниматься сексом с земными женщинами, а историй об интимных контактах чертей с ведьмами в фольклоре существует множество). В окрестностях родного города Фауст и Мефистофель встречают бричку Чичикова; видимо, неутомимый авантюрист и здесь решил разжиться мертвыми душами. Горожане, отправившиеся на похороны и несущие гроб, в узком проходе сталкиваются с телегой, которая везет свиней на убой… Таких странностей много, и совершенно непонятно, зачем они нужны.

Особенно меня удивляет история с гробом и свиньями. Если таким образом кинематографисты хотели изящно намекнуть зрителям, что обыватели похожи на свиней, то, во-первых, этот намек никак нельзя назвать изящным, а во-вторых, он принципиально неверен. Люди, которые сеют и пекут хлеб, шьют одежду и мастерят обувь, занимаются наукой и искусством, влюбляются, женятся, рожают и растят детей, хоронят своих мертвецов, не похожи на свиней, даже если их жизнь до предела тускла и рутинна. Похожими на свиней люди становятся, когда воруют и убивают, бьют детей и мучают животных, пишут доносы на соседей, предают друзей, присваивают себе чужие заслуги, отравляют природу, подличают и злоупотребляют властью. Вот такие двуногие прямоходящие действительно вылитые свиньи! А простые работяги, не унижающие себя злом, — не свиньи, что бы ни думали о них отдельно взятые эстеты.

Впрочем, не исключаю, что смысл данного намека я поняла превратно, а все остальные странности понадобились Сокурову и Арабову, чтобы показать: сделка с дьяволом — это не красиво и не романтично, а нудно и скучно до тошноты. Да, здесь с кинематографистами не поспоришь! Романтичное Зло встречается только в произведениях людей, которых жизнь никогда не била головой об стену. В реальности сделка с дьяволом гораздо обыденнее — и гораздо страшнее, как и показано в новой картине Сокурова.

Но в том-то и дело, что "Фауст" Гете повествует не о прекрасном Зле, а о мужестве и силе духа людей, способных противостоять даже дьяволу! Да, Гретхен и Фауст совершили очень много ошибок, но сделали из них верные выводы, став живой иллюстрацией крылатой фразы: "Нужно делать Добро из Зла, потому что больше его не из чего делать". Почему героям пьесы Гете удалось совершить этот безусловный подвиг — вопрос сложный. По-моему, выстоять в страшные минуты Гретхен и Фаусту помогла любовь к миру, невероятно прекрасному и красочному, который мы видим именно их глазами. Безусловно, там есть немало страшного и мрачного – но хватает и красоты, от которой захватывает дух!

А "большой навозной кучей" мир считал персонаж совсем другой знаменитой пьесы. Это небезызвестный Тартюф, который жил и действовал в полном соответствии со своими убеждениями.

Да и вообще, видеть мир тусклым, скучным и безрадостным, по-моему, не только неверно, но и абсолютно бесперспективно. Ради серой жизни серых людей под серым небом не хочется ни рисковать собой, ни совершать что-то хорошее. Конечно, приукрашивать действительность еще опаснее, чем затемнять ее, но и затемнение способно нанести гораздо больший вред, чем может показаться на первый взгляд…

Так что позиция Сокурова и Арабова и их трактовка "Фауста" мне категорически не близки. Могу допустить, что я просто не поняла что-то очень важное; в любом случае, мое мнение по данному вопросу сугубо субъективно.

А с технической точки зрения картина сделана превосходно: работы актеров, оператора и художника выше всяких похвал. Режиссер точно знал, к какому результату стремился, и добился именно его.

Поклонники авторского кинематографа и пьесы Гете наверняка не пропустят эту ленту независимо от мнения о ней отдельных критиков. Зрителям, не знакомым с творчеством знаменитого немецкого драматурга, я бы советовала сначала посмотреть более традиционные версии "Фауста". А для первого знакомства с артхаусом больше подойдет "Шапито-шоу".


comments powered by HyperComments

Умер Владимир Толоконников

Премия Гильдии сценаристов-2016: в кино — "Монах и бес", на тв — "Таинственная страсть"

XXXIX ММКФ: Москва поверила Микеле Плачидо

XXXIX ММКФ: Российские кинопрограммы

XI МКФ "Зеркало": "Я не мадам Бовари" и "Теснота" "В центре циклона"

Премьера фильма "Холодное танго"