Ольга Прокофьева
Ольга Прокофьева (фото: Елена Соловьева)

По сравнению со служебными помещениями театра имени Маяковского лабиринт Минотавра покажется простым и удобным для посетителей зданием. Коридоры знаменитого московского театра настолько запутаны, что человек, попавший туда впервые, вряд ли сможет самостоятельно найти дорогу назад. Впрочем, рядом с Ольгой Прокофьевой бояться нечего: она в родном театре ориентируется прекрасно.

Ни спектакль, в котором Ольга должна была играть через пару часов после нашего разговора, ни хлопоты перед завтрашним отъездом не помешали ей сохранить сердечность и благожелательность на всем протяжении интервью.

Эта рабочая суматоха повлияла на нашу беседу только в одном. Так уж получилось, что мы в основном говорили о трудностях актерской профессии, которые обычно не видны зрителям: о том, как играть комедию, если ее снимают зимой в неотапливаемом помещении, как преодолевать усталость и безденежье, чем артисту полезны кошмарные сны... Но первый мой вопрос был о картине "Ненормальная", в которой Ольга сыграла главную роль и номинировалась за нее на премию "ТЭФИ". (Эта лента удостоена еще двух номинаций на "ТЭФИ": за лучший телевизионный художественный фильм (мини-сериал) и за лучший сценарий телевизионного художественного фильма (мини-сериала).)

В фильме "Ненормальная" ваша героиня ведет отчаянную борьбу за сердце женатого мужчины, которого любит. Трудно было играть такую решительную, пробивную особу?

Моя героиня не пробивная, а очень несчастная. В шестнадцать лет она впервые влюбилась, но ее любовь закончилась трагедией. С тех пор эта женщина не могла больше никого полюбить, а молодой человек, которого она встретила много лет спустя после несчастья, напомнил ей ее первого возлюбленного. Парень и до знакомства с моей героиней часто изменял жене, поэтому нельзя сказать, что эта встреча разрушила его семью… Любовь, когда она настоящая, — а у моей героини она настоящая, — оправдывает все!

Скоро на экраны выйдет еще один новый фильм с вашим участием комедия "Шекспиру и не снилось", в которой вы снимались вместе с Заворотнюк, Жигуновым и Смолкиным. Какие эмоции вы испытали при встрече с коллегами, с которыми так долго работали прежде?

За полтора года работы над "Няней" мы сыграли в стольких сериях, что их хватило бы на семьдесят полнометражных фильмов! За это время мы узнали все о проблемах друг друга и в перерывах между съемками обсуждали, какими лекарствами нужно лечиться, какую машину покупать, какой мебелью обставлять квартиру… После окончания работы над "Няней" мы с Борисом Смолкиным видимся часто, поскольку вдвоем нас приглашают вести разные мероприятия. С Сергеем Жигуновым и Анастасией Заворотнюк встречаемся реже, потому что они активно снимаются в кино, а я актриса театральная. Приятно было вместе сыграть в семьдесят первом совместном фильме! Вот только условия работы оказались экстремальными: съемки проходили на территории кожевенного завода, построенного больше ста лет назад. Снимали мы в пустующем здании, где когда-то жил владелец завода, а в советское время размещалась бухгалтерия. Там очень красиво: камины, лепнина… Вот только все полуразрушено и помещение не отапливается, а работали мы зимой. Репетировали в шубах и шапках, а перед началом съемок сбрасывали теплую одежду и оставались в легких открытых платьях…

Была и еще одна проблема. В "Шекспиру и не снилось" , как и в "Няне", персонажи, которых играют Жигунов и Заворотнюк, влюбляются друг в друга, и у моей героини и персонажа Бориса Смолкина тоже возникают нежные чувства. Мы очень боялись вновь сыграть героев "Няни" и их взаимоотношения. Если у кого-то пробивались привычные "Нянины" интонации, остальные осторожно намекали, что надо бы придумать что-нибудь другое… Но в целом работать было очень приятно: Сергей Жигунов в этом фильме не только играет, но и является продюсером и относится к актерам с огромной заботой.

Расскажите о героине, которую вы играете в "Шекспиру и не снилось".

Надеюсь, она совсем не похожа на Жанну Аркадьевну. Серафима — добрый, душевный и немного наивный человек, она готова помогать другим даже в ущерб себе. Но и тараканы в голове у нее очень большие! (Улыбается.) Впрочем, для творческого человека это нормально. Недавно я смотрела по телевидению передачу, в которой знаменитого ученого спросили, почему в современном мире настолько меньше гениев, чем в прошлые века. А ученый ответил: "Просто сейчас хорошо научились лечить шизофрению!" Любой талант — это отклонение от нормы, а Серафима очень талантлива.

Она работает кассиршей в провинциальном театре и, разумеется, мечтает стать актрисой. Когда в родной городок Серафимы приезжают мошенники, выдающие себя за знаменитых актеров, обстоятельства вынуждают их во всем ей признаться. И Серафима дает им уроки актерского мастерства, играет в спектакле вместе со своими новыми знакомыми и даже находит личное счастье…

Если я не поговорю с вами о "Няне", читательницы меня просто убьют. Как вы попали в этот сериал, как начиналась работа?

Никто ничего не знает наперед, и никаких предчувствий у меня не было. Мало ли у нас снимается сериалов, да еще и римейков американской продукции! К тому же пробы продолжались очень долго — в течение года. Мне то регулярно звонили, то надолго забывали… Тем временем я получила приглашение сыграть в другом фильме, и эта работа меня очень заинтересовала. За несколько дней до начала съемок я вернулась из отпуска. Приехав из аэропорта домой, услышала телефонный звонок и взяла трубку – мне опять предложили пройти пробу для "Няни". Я уже открыла рот, чтобы сказать: "К сожалению, я не могу, потому что в августе буду занята на съемках другого фильма", — но, к своему собственному удивлению, согласилась приехать. Я приняла душ и отправилась на студию. Как оказалось, в тот день на пробах присутствовали американцы — владельцы прав на "Няню". Это произошло в понедельник, а уже на следующий день мне снова позвонили и сообщили, что хотят заключить со мной контракт… И закипела работа, хотя поначалу все было очень непросто!

В американской версии сериала съемки проходили при переполненном зрительном зале, параллельно записывались и реплики персонажей, и смех зрителей. У нас решили от зрительного зала отказаться, потому что и без него проблем хватало. Долгое время ни один режиссер не мог найти верный тон всей этой истории. Сергей Жигунов переживал, что не умеет играть комедию, — вот если бы пришлось на шпагах сражаться, все было бы гораздо проще! Анастасия Заворотнюк тоже раньше не исполняла характерные роли и чувствовала себя не очень уверенно. А мы со Смолкиным, театральные актеры, не вполне представляли себе, что и как нужно делать на съемках комедийного телесериала. Мальчик, который играл Дениса Шаталина, очень здорово работал на репетициях, но на съемках зажимался, стеснялся и фактически проваливал все сцены, в которых играл…

В общем, было очень сложно, пока не появился Алексей Кирющенко. Он сразу всех разглядел, все понял, взял дело в свои руки и начал работать. Если у кого-то что-то не получалось, Алексей показывал, как это нужно делать, и все быстро ему поверили, поняли, что он прав, и помчались вместе с ним. Вот только мальчик, исполнявший роль Дениса Шаталина, так и не смог справиться с волнением, и эту роль стал играть замечательный Паша Сердюк
Люди невероятно быстро притерлись друг к другу, сработались, в нашу компанию очень легко вписалась Любовь Григорьевна Полищук — светлая ей память…

Поначалу все были уверены, что "Няня" не продлится больше пятнадцати-двадцати серий. Но сначала на этот сериал подсели дети, потом — взрослые, и закрутилось! Сороковая серия, пятидесятая, девяностая… Позже в работу включились и другие режиссеры, но без Алексея Кирющенко ничего не получилось бы.

Если верить американской комедии "Тутси", съемки долгоиграющего сериала дело очень нервное. Постоянно что-то происходит, время от времени отснятая пленка засвечивается, так что приходится снимать по три серии в день, выпускать отснятое в прямой эфир, и актеры при этом не успевают учить текст и несут отсебятину… Как проходят съемки российских сериалов?

Курьезов случался миллион, и многое уже забылось. Но самые большие проблемы возникали с текстом. Иногда мы не понимали некоторых шуток оригинального сценария, и режиссер просил у американцев объяснений. Уразумев смысл ситуации, мы придумывали что-то не слишком далекое от исходного варианта, но при этом понятное российским зрителям. Кроме того, американский юмор очень уж демократичен в прямом и переносном смысле слова, и в оригинальном тексте было много шуток — невероятно смешных шуток! — ниже пояса. Порой, когда мы читали американский сценарий, то сначала рыдали от смеха, а потом погружались в глубокие раздумья, потому что этот текст невозможно использовать в российском сериале, который будут смотреть дети…

Так что работа шла непрерывная и очень серьезная. Иногда на съемки некоторых сцен затрачивалось восемь-девять дублей — для сериала это очень много! Позже я снималась еще в одном замечательном сериале — "Адъютанты любви". Замысел был очень интересным, но работу пришлось прервать, потому что — никого не хочу обидеть, но это так! — на съемочной площадке главными были продюсеры, они и решали, что должен делать режиссер.

К счастью, в работе над "Няней" главным было творчество. Продюсеры с пониманием относились к проблемам режиссера и актеров, предоставляли возможность искать, пробовать разные варианты. Если Алексею нужно было снять десять дублей — он их и делал, и никто не стоял у него над душой! В итоге и получалась легкость, которая так понравилась зрителям. Не зря же говорят: лучшая импровизация — та, что хорошо отрепетирована!

Так или иначе, сериалы снимаются быстрее художественных фильмов, и времени на подготовку к роли дается мало. У вас были какие-то приемы, позволяющие быстро превращаться в Жанну Аркадьевну?

Съемки шли каждый день, порой по двенадцать-четырнадцать часов, и со временем мне стало сложнее выйти из роли Жанны Аркадьевны, чем в нее войти. Эта барышня мне в определенный период очень сильно мешала! Я ведь одновременно со съемками "Няни" играла по двенадцать-тринадцать спектаклей в месяц в родном театре, а, кроме того, еще и участвовала в антрепризных постановках. Порой я в половине шестого вечера выбегала из студии, за тридцать-сорок минут доезжала до театра, там одновременно меняла грим и решала текущие дела, а в семь часов выходила на сцену в спектакле. И, если времени на перевоплощение совсем не оставалось, в комедийных ролях я иногда ловила себя на том, что смеюсь, как Жанна Аркадьевна, и повторяю ее жесты. Я запихивала этот смех и жесты обратно в себя, надеясь, что зрители ничего не заметили… Жанна Аркадьевна жила во мне двадцать четыре часа в сутки, так что приходилось нелегко!

При таком плотном рабочем графике времени на отдых оставалось мало. Приходилось ли вам играть полумертвой от усталости?

Такое бывало много раз, но это часть нашей профессии, и я привыкла преодолевать усталость. Я ведь театральная актриса и должна уметь перед началом спектакля испытывать прилив вдохновения, что бы ни происходило в моей жизни. Если у композитора или художника нет вдохновения в семь часов вечера, это не страшно: оно придет, скажем, в два часа ночи, и бессмертные шедевры непременно будут написаны. А если спектакль начинается в семь часов вечера, актер обязан испытывать прилив вдохновения именно в это время. Мои замечательные педагоги в ГИТИСе, Марк Анатольевич Захаров и Андрей Александрович Гончаров, учили, как нужно приводить себя в творческое состояние, не обращая внимания ни на усталость, ни на далекие от идеала условия работы. Скажем, "Няню" снимали в цехах шарикоподшипникового завода. Уходя утром из дома, я говорила сыну: "Я пошла на завод", — и со временем даже стала беспокоиться, не забудет ли он, кто я по профессии. Снимали мы в заводских корпусах — громадных помещениях в пятьдесят метров высотой. Вот только отопление там было плохое, а основные съемки тоже проходили зимой. На репетициях отопительные приборы работали, но они были очень шумными. А поскольку во время съемок шла запись не только изображения, но и звука, перед командой "Мотор!" отопление приходилось выключать. Мы с Анастасией Заворотнюк скидывали пальто, снимали носки, в открытых платьях входили в кадр и принимались шутить… Выдержали мы все это только потому, что знали, как зрители ждут новые серии "Няни".

Как по-вашему, за что "Няню" так полюбили зрители?

Загадка! Безусловно, "Няню" невозможно сравнивать со знаменитыми комедиями Гайдая, Рязанова и Данелии. "Няня" — это сериал, он занимает свое место на полке комедийных сериалов и ни на что иное не претендует. Сейчас на телевидении огромное количество юмористических передач, но в большинстве из них звучит много шуток ниже пояса и нецензурной лексики. Возможно, "Няня" так нравится людям, потому что в ней этого нет?

На телевидение приходит множество писем, в которых зрители благодарят за положительную энергию, которую получают во время просмотра нашего сериала. Люди включали телевизор, чтобы нас увидеть, даже когда "Няню" показывали в двенадцать часов ночи! Но особенно запомнились письма из московской больницы, где лечились дети, пострадавшие во время захвата террористами школы в Беслане. Дети, пережившие такие чудовищные испытания, не могли спать по ночам, а после просмотра "Няни" засыпали. И матери несчастных детей благодарили нас за это…

А когда лично вы впервые поняли, что ваша героиня нравится зрителям?

Благодаря работе в театре имени Маяковского зрительская любовь у меня есть давно. А успех "Няни" подкрадывался незаметно… Сначала на телевидение пошли письма от зрителей, и началась не очень понятная мне суматоха из-за рейтингов. По Москве я обычно езжу на машине, но порой из-за пробок приходится спускаться в метро, и некоторое время спустя после выхода "Няни" передвигаться на общественном транспорте мне стало сложновато. К тому же я актриса разъездная, часто выступаю в других городах, и там перемены были тоже заметны…

А потом нас четверых пригласили участвовать в программе "Хорошие шутки", которая снималась в Киеве. Не хочу хвастаться, но нас так принимали зрители… Это было что-то! Вот тогда мы по-настоящему почувствовали, что "Няня" значит для людей. Но у нас не было времени остановиться и понаслаждаться своей популярностью: мы все так же продолжали пахать в тех же условиях…

А какие проявления зрительской любви вам особенно запомнились?

Много было всякого, сейчас и не вспомнишь… Однажды мы с Лидией Нестеровой, нашим художником по костюмам, отправились в магазин покупать обувь для моей героини, и там ко мне обратилась незнакомая женщина: "Жанна Аркадьевна, вы такая нервная, я вас обожаю!" Несколько лет назад я была в Одессе на фестивале "Юморина", и в один из дней машина, в которой я ехала пообедать после выступления, застряла в центре города. Все улицы по случаю праздника там были перекрыты, и проезд автотранспорта запрещался. Тогда шофер открыл окно машины и обратился к стоявшему на перекрестке гаишнику:
- Мне проехать надо: я Жанну Аркадьевну везу…
- Не вопрос! – отчеканил гаишник и пропустил наш автомобиль на пешеходную улицу…

Как-то раз я повезла сына отдыхать в Турцию — в большой отель с бассейном и водными горками, — опрометчиво забыв, что я Жанна Аркадьевна. Но мне об этом быстро напомнили! (Улыбается.) Я ходила в купальнике, большой шляпе и черных очках, но меня все равно узнавали русские отдыхающие, особенно дети… Так что теперь я отдыхаю только у друзей!

Я считаю, что финал в сериале правильный. Жанна Аркадьевна человек инфантильный и эгоцентричный: полюбила а дальше хоть трава не расти! Лучше ей жить с заботливым и рассудительным Константином, чем с Шаталиным, который, словно облако в штанах, наблюдает, как две женщины дерутся за его любовь не на жизнь, а на смерть, но в драку не вмешивается… А как вы относитесь к финалу "Няни"?

Мне Жанна Аркадьевна инфантильной не кажется, но не это главное. Начиная снимать "Няню", мы уже знали, чем наша история закончится, но все же попытались рассказать ее немного по-своему. Так, Анастасия Заворотнюк решила, что няня Вика должна отличаться от своей американской коллеги…

Я видела только одну серию американского варианта сериала, да и то на английском языке. Там героиня, которую в русской версии играю я, — это очень слабая, беспомощная женщина, не способная противостоять решительной няне.

Но, по-моему, так не совсем правильно. Если уж есть любовный треугольник — силы должны быть примерно равными! Наша Жанна Аркадьевна — это не беззащитная мишень для шуток дворецкого, она отчаянно борется за свое счастье! Мы сделали ее поярче, покрасивее, пожестче, придумали ей невероятные прически… Очень хотелось, чтобы мнения разделились: некоторые зрители болели бы за няню, а другие — за Жанну Аркадьевну!..

И, по-моему, существующий финал "Няни" лучше, чем любой другой. Если бы Шаталин остался с Жанной Аркадьевной, это было бы не так интересно с точки зрения драматургии.

Как вы готовились к роли императрицы Марии Федоровны в сериале "Адъютанты любви"? Это историческая фигура венценосная особа, ощущающая себя избранной, не похожей на остальных. Современные женщины смотрят на жизнь совсем иначе. Трудно было перевоплощаться?

В "Адъютантах…" моя героиня — это персонаж второго плана, и, наверное, передать всю сложность ее характера я не смогла. Кроме того, съемки оказались скорее производственным процессом, чем творчеством… Но мне очень помогал Авангард Леонтьев, игравший моего мужа — императора Павла I. Рядом с таким сильным партнером всегда легче работать.

Готовясь к роли, я читала книги по истории России на рубеже XVIII-XIX веков. Мария Федоровна — личность интересная, но историки рассказывают о ней по-разному. Одни пишут, что, узнав о гибели мужа, она бросилась бежать по дворцовым коридорам с криком: "Хочу царствовать!" Другие считают, что Мария Федоровна была очень добрым, мягким человеком, бесконечно любила мужа, заботливо воспитывала детей, править Россией не стремилась, а после смерти супруга целиком посвятила себя благотворительности. Мне хотелось как-то соединить в своей работе разноречивые свидетельства историков об этой женщине.

В те дни, когда мы снимали эпизод встречи только что овдовевшей Марии Федоровны с ее сыном Александром I, фактически одобрившим убийство своего отца, я даже в реальной жизни чувствовала себя подавленно. На долю моей героини выпала страшная трагедия, и я старалась пропустить ее через себя.

Трудно было привыкать носить длинные платья Марии Федоровны?

Нет. В театре я играла в пьесах Шекспира и Лопе де Вега, так что к длинным платьям давно привыкла.

Мне доводилось брать интервью у актеров, родившихся в самых разных городах, от Ташкента до Тюмени, но вот с теми, кто родился в Москве и Подмосковье, я раньше не встречалась. Вы родились в городе Одинцово Московской области. Каким было ваше детство?

Это было нормальное подмосковное дворовое детство. Родители работали с утра до вечера, мама вообще трудилась на четырех работах… Так что мы с сестрой большую часть времени проводили во дворе — замечательном советском дворе 60-ых – 70-ых годов, где зимой заливали каток и ледяную горку. В родном дворе мы чувствовали себя абсолютно защищенными от любых бед. Все соседи знали друг друга: к кому-то мы забегали перекусить, кому-то помогали ухаживать за маленькими детьми…

Несмотря на занятость, мама очень заботилась о нас с сестрой, старалась летом отправлять отдыхать на юг — правдами и неправдами доставала путевки через своих знакомых. Мы с сестрой в школьные годы даже съездили в Болгарию и Румынию, хотя в то время для выезда за границу нужно было пройти обследование у всех врачей и получить разрешение — если я ничего не путаю — в районной парторганизации. Современной молодежи, наверное, не понять, ЧТО для советских людей означал выезд за границу… Когда я однажды заявила маме, что хочу стать артисткой, она задумалась, где я могу подготовиться к осуществлению своей мечты. В нашей школе драмкружка не было, но мама нашла его в другом микрорайоне, и я начала заниматься у замечательной женщины — Натальи Валерьевны Примак. Дебютировала на сцене я в роли Чебурашки, со временем стала играть в пьесах Шекспира, в "Клопе" Маяковского...

Вам сразу же начали поручать характерные роли?

Нет-нет-нет! Я играла Герду в "Снежной королеве", других романтических героинь, а со временем мне стали предлагать и характерные роли…

Кстати, почему вы решили стать актрисой?

По-моему, девяносто пять процентов девочек земного шара мечтают стать балеринами, певицами или актрисами. Многих мечтательниц переубеждают родители, а моя мама меня поддержала. Она пыталась объяснять, что семья у нас не театральная, и, наверное, я не сумею очень хорошо подготовиться к поступлению, но помогала мне всем, чем могла…

И, кроме того, видимо, еще и в генах что-то имеется, какая-то упертость… Помните, как в "Обыкновенном чуде" король, которого играл Евгений Леонов, обливая придворного чернилами, объяснял свои действия тем, что в его душе проснулась прабабушка — редкая самодурка? Возможно, бороться за мечту мне тоже помогала моя прабабушка или прадедушка — люди настойчивые и целеустремленные. Чем дольше живешь, тем лучше понимаешь, что любой талант человеку ДАЕТСЯ. Нельзя объяснить свой успех только собственными усилиями: всегда существует невидимая, неосязаемая помощь откуда-то извне. И нужно не разочаровывать того, кто тебе помогает, а ценить его поддержку и не растрачивать ее зря. Мне что-то было дано, и я интуитивно шла в нужную сторону…

В первый год я не поступила и к следующей попытке готовилась очень упорно. У меня была хорошая программа, и я смогла убедить Андрея Александровича Гончарова, что достойна стать студенткой ГИТИСа…

Неужели вы ни секунды не сомневались, что рано или поздно сумеете осуществить свою мечту и стать актрисой?

Не знаю, сомневалась ли я, но биться была готова! Мы с мамой решили, что если я и на второй год не поступлю, то на третий поеду в Ярославль попытать счастья в местном театральном училище, в случае успеха проучусь там год, а после окончания первого курса попробую перевестись в Москву… В общем, я собиралась поступать до тех пор, пока позволяет возраст. Не знаю, возможно, мои планы изменились бы лет через пять неудачных попыток, но в то время я была настроена очень решительно, и родители меня поддерживали…

Вернемся к вашему детству. Важной частью жизни советских людей были походы в кино...

Да, в кино мы ходили часто. В городе Одинцово был только один кинотеатр, и достать туда билеты было нелегко! Мы приходили заранее и отстаивали долгие очереди в кассу. Обычно в нашем кинотеатре показывали советские фильмы и еще индийские. Американских картин мы видели немного — я помню только "Генералов песчаных карьеров"…

А кто из актеров особенно нравился, на кого из актрис вы мечтали быть похожей?

Всегда восхищалась Олегом Далем и Андреем Мироновым. А из актрис очень нравятся Марина Неелова и Инна Чурикова… До сих пор помню, какое огромное впечатление на меня произвел фильм "Смятение чувств", где главную роль сыграла Елена Проклова. Тогда я и предположить не могла, что позднее мы с Еленой познакомимся и будем вместе играть в спектаклях...

В своем дипломном спектакле в ГИТИСе "Завтра была война" вы, молоденькая девушка, играли учительницу средних лет, доводящую ученицу до самоубийства. Трудно было перевоплощаться в такую подлую особу?

Во время учебы в ГИТИСе мы играли разноплановые роли. Андрей Александрович Гончаров говорил, что в каждом из нас должны сидеть двенадцать молодцов — любой актер обязан уметь играть двенадцать совершенно разных людей. Учительница Валентина Андроновна в спектакле "Завтра была война" оказалась для меня одним из таких молодцов. Поначалу мне приходилось очень трудно! Режиссер Сергей Иванович Яшин много времени тратил на работу со мной, но я все равно часто плакала, потому что роль у меня долго не получалась. "Завтра была война" — это дипломный спектакль, его приходили смотреть главные режиссеры театров. Мои однокурсницы играли молодых, красивых девятиклассниц, а я — мымру с волосами, собранными в пучок, в коричневом костюме... Я очень боялась, что меня ни в один театр не возьмут: мымр везде хватает. Но все закончилось хорошо: моя работа многим понравилась, и Андрей Александрович Гончаров пригласил меня в театр имени Маяковского. И со временем я взяла свою Валентину Андроновну за рога! (Улыбается.)

Итак, окончив ГИТИС, вы начали работать в театре имени Маяковского. Ваша карьера там сложилась успешно, но в то же самое время в стране развалился кинематограф, а в театре платили мало. Как вы выживали в те нелегкие годы?

Тяжело. Очень тяжело. Даже страшно вспоминать о том времени… Поначалу все складывалось прекрасно: я окончила институт, меня пригласили работать в один из лучших московских театров, на спектакли приходили знаменитые кинорежиссеры… Прошел год-два — и существовавшая долгие годы система рухнула! Театральным актерам перестали звонить с киностудий, потому что наше кино умерло. Я всегда была востребована в театре, так что сумела состояться как актриса. Проблема заключалась в оплате нашего труда. Приходилось во всем себя ограничивать. Очень многие талантливые актеры бросили профессию, чтобы кормить семью...

А у вас в то трудное время не возникало желание бросить актерскую профессию и заняться более прибыльным делом?

Нет, такого желания у меня никогда не возникало. Минуты отчаяния случались, но до крайностей я не доходила.

Даже в пору безденежья хочется красиво одеваться. Как вы решали эту проблему?

Как-то решала. Что-то шила, что-то где-то раздобывала… Просто это отнимало много времени и сил. Кроме того, моя сестра всего на год меня старше, и мы часто носили платья друг друга.

Как вы готовитесь к необычным ролям, скажем, к роли робота в спектакле "Синтезатор любви" или к роли 80-летней старухи в спектакле "Шестеро любимых"?

Еще во времена учебы в ГИТИСе я поняла, что хочу удивлять зрителей. Я стараюсь каждую новую свою роль сделать абсолютно не похожей на предыдущую. Я не стремлюсь выглядеть на сцене красавицей, потому что не считаю себя такой в реальной жизни. Но я очень хочу быть обаятельной, потому что обаяние способно заслонить и возраст, и любые недостатки внешности. Играю ли я робота, бомжиху или восьмидесятилетнюю старуху — я стараюсь показать их обаятельными! И к своим ролям готовлюсь, как учил мой учитель Марк Анатольевич Захаров, — двадцать четыре часа в сутки, без перерывов на обед и выходных!

А какая из сыгранных вами героинь кажется вам наиболее странной?

В спектакле "Любовный напиток" я играла мисс Фреймер, секретаршу героини Евгении Симоновой. В пьесе у мисс Фреймер был только один эпизод, но режиссер Татьяна Ахрамкова решила, что моя героиня везде должна следовать за своей начальницей и реагировать на все происходящее, не произнося при этом ни слова. Было очень интересно играть тихую, молчаливую женщину, беспредельно преданную своей начальнице. Мисс Фреймер могла выразить свое мнение о том, что видела и слышала, только через какие-то мелкие поступочки, и я с огромным удовольствием придумывала эти поступочки.

Вам не пришлось сыграть Джульетту, зато вы исполнили главную роль в продолжении этой трагедии Шекспира — пьесе Григория Горина "Чума на оба ваши дома!" И вас, насколько я знаю, ввели в этот спектакль буквально за пару часов до его начала. Вы помните, как впервые играли Розалину в "Чуме…"?

Конечно, помню! Не забывается такое никогда! Перед срочным вводом в этот спектакль я поняла, зачем артистам посылаются кошмарные сны! Каждому актеру, наверное, хоть раз в жизни снилось, как он стоит на сцене, не помня ни слова из роли, в костюме из одного спектакля и в окружении декораций совсем из другого. Готовясь играть в "Чуме…", я осознала, что такие кошмары – это прививка, которая не дает актерам сойти с ума, когда они в реальной жизни оказываются в подобной ситуации! Во сне ты этот ужас пережила, — значит, и наяву справишься!

Во время первой "Чумы…" мне очень помог Анатолий Лобоцкий, игравший моего возлюбленного. Тогда на сцене он сотворил чудо! Если я забывала текст, — а это случалось нередко, — Анатолий всякий раз находил возможность наклониться или отвернуться от публики и подсказывал мои реплики. Мы с ним учились на одном курсе в ГИТИСе и вместе играем во многих спектаклях, так что понимаем друг друга с полуслова…

В спектакле "Шаткое равновесие" вы действительно сами играете на аккордеоне?

В свое время я окончила музыкальную школу по классу фортепьяно. Готовясь к спектаклю, я действительно освоила аккордеон и вживую исполняю на нем примерно половину мелодий, которые звучат в "Шатком равновесии". А запись звучит, например, в эпизоде, где я иду высоко над сценой по мосткам, при этом веду очень важный диалог и играю на аккордеоне сложную музыкальную тему. Я поняла, что не справлюсь одновременно с тремя делами, и решила сосредоточиться на тексте, который произношу. Но звукорежиссер замечательно записал фонограмму, и возникает полная иллюзия, что и в этом эпизоде тоже играю я. Впрочем, я — человек упертый, и не исключено, что рано или поздно от фонограммы откажусь вообще и всю музыку в "Шатком равновесии" буду играть сама.

В родном театре вы играли в спектаклях Андрея Гончарова, Татьяны Ахрамковой, Сергея Арцибашева. Как у вас складывалась работа под руководством таких разных режиссеров?

Андрей Александрович Гончаров — светлая ему память — мой учитель, он пригласил меня работать в театр имени Маяковского, под его руководством я сделала первые шаги как актриса. В спектаклях Андрея Александровича я сыграла много характерных ролей, он помог мне раскрыть трагикомические и эксцентрические стороны таланта.
Татьяна Ахрамкова, моя однокурсница, последние два года руководит театром имени Станиславского, но до того много лет проработала в нашем театре, приглашала меня во все спектакли, которые ставила, и придумала для меня очень много интересного.

Сергей Николаевич Арцибашев, нынешний руководитель театра имени Маяковского, доверяет мне играть драматических, мелодраматических и трагических героинь. Поначалу было очень трудно, но со временем такие роли помогли расширить мои возможности как актрисы. Арцибашев открыл передо мной совершенно новый мир!

Скажите, для вас работа в антрепризных спектаклях чем-то отличается от работы в репертуарных театрах?

Сейчас я могу гордо заявить, что в антрепризе играю Арбузова, Островского и замечательного хорватского драматурга Миро Гаврана. Это прекрасные пьесы, в которых я играю вместе с замечательными партнерами. Декорации у нас тоже хорошие, как в репертуарном театре. Так что сейчас антрепризные спектакли для меня ничем не отличаются от постановок репертуарного театра.

 

Час, отведенный Ольгой на интервью, пролетел незаметно. Вопросов у меня еще много, но сейчас уже половина шестого. Мою собеседницу ждет еще одна журналистка, кроме того, Ольге нужно решать текущие театральные дела, а в семь часов начнется спектакль. Моя собеседница, быстро шагая по извилистым коридорам, провожает меня до выхода из театра и возвращается назад – туда, где ее ждет еще столько дел…

 

Это интервью состоялось в первой половине сентября, а в конце того же месяца любимый зрителями спектакль "Муж моей жены" по пьесе Миро Гаврана, в котором играет Ольга, по достоинству оценили и коллеги по театральному цеху. На фестивале "Амурская осень" "Муж моей жены" был признан лучшим спектаклем и получил также награду за режиссуру. Поздравляем с победой!


comments powered by HyperComments

Умер Николай Караченцов

XXII ТЭФИ: Первый — лидер по "дневным" "Орфеям", а "Россия 1" — по "вечерним"

VI НКФ дебютов "Движение": Сказ о Воде Живой, Воде Мертвой и "Сулейман Горе"

XVI МКФ "Меридианы Тихого": Зрительская ностальгия по "Хрусталю" из 90-х

XVI ОРФКиТ "Амурская осень": "Кастинг" пройден

XXVIII МКФ "Послание к Человеку": "Песни для Кита" от "Белой мамы"