Кадр из фильма "Статский советник"
Кадр из фильма "Статский советник"

"Статский советник" – очередное детище "ТриТэ", выпущенное впервые с обновленной заставкой студии в сопровождении музыкальной темы Эдуарда Артемьева из фильма "Раба любви". Фильм выбран не случайно: он повествует о кинематографе, борьбе идей, максимализме и чистоте нравов. Будем надеяться, что "Товарищество-Творчество-Труд" будут верны себе и в последующих фильмах. Кинокомпания набирает вес в кинематографическом сообществе, ее фильмы привлекают зрителя в кинотеатры, но вот сказывается ли это на качестве продукции, и если да - то в какую сторону, ведь известно, что не все то, что популярно сегодня хорошего качества.

Тон картины задается уже в титрах, где в названии изображен герб России, указывающий на государственный, патриотический уклон. Весь фильм в дальнейшем пронизан думами и философскими монологами, в основном в исполнении Никиты Сергеевича – князя Пожарского, о судьбах России, о качестве служения ей, всем этим приправлена детективная история конца XIX века. А Фандорин (Олег Меньшиков) не философствует, он работает, честно служит на своем месте, не втягиваясь в различные аферы и интриги, как и полагается положительному герою, знакомому нам по предыдущим фильмам - "Азазели" и "Турецкому гамбиту". Интересна игра создателей в историю, ее произвольная интерпретация. Они решили взять в целом добротный литературный источник Бориса Акунина и представить историю книги так, как это больше нравится продюсерам. Пара-тройка случайно брошенных фраз - и концепция меняется кардинально, вот она, сила PR. О режиссуре Филиппа Янковского здесь говорить сложно, так как к сожалению или к счастью, чувствуется чуткое руководство "генерального продюсера и художественного руководителя" Никиты Михалкова, его почерк ощущается почти в каждом кадре, актеры играют по-михалковски гротескно и агрессивно, а потому дипломатично будем говорить о продюсерах, нежели режиссерах.

Так вот, авторы фильма решили поиграть в миф, создать свое представление о том времени, где почему-то все время винят большевиков в еще не совершенных грехах, хотя Владимиру Ульянову был в то время двадцать один год, он еще активно занимался учебой, в том числе и изучением трудов Карла Маркса и Фридриха Энгельса. Первым зачатком рабочей партии в России считается созданный Лениным лишь в 1895 году "Союз борьбы за освобождение рабочего класса", это спустя четыре года после действий, описанных в романе Акунина! И лишь в 1903 году, на II Съезде РСДРП появилось определение "большевики". А мы-то, зрители, сидим, открывши рот, и доверчиво верим летописи "от самого", рассказанной в картинках, лицах и красках. Эх, "Дурют нашего брата!".

Герои "Советника" также обвиняют и бедного создателя "Капитала", который и слыхом ничего не слыхивал о большевиках и Ульянове-Ленине, а писал в свое время незабвенный труд об экономической системе, которую сегодня знает каждый олигарх, иначе не был бы им, не выучив систему "спроса-предложения", и извините, в 1883 году уже отошел в мир иной. Он бы еще Томаса Мора вспомнил с его утопией. Если уж Пожарскому сотоварищи очень хотелось обвинять политические движения, то в 1891 году, о котором идет речь в "Советнике", пришлось бы говорить о "народниках" - обществах "Народная воля", "Черный передел" и других, которые, собственно, и занимались терроризмом как боевая группа "Б.Г." (не путать с Борисом Гребенщиковым, хотя и очень хочется) в фильме. Но и здесь есть историческое несоответствие: расцвет терроризма "народников" в России пришелся на 70-е годы XIX века и завершился к 90-м годам. Можно допустить, что отдельные террористические группировки существовали, но былого энтузиазма и фанатизма как у Грина (Константин Хабенский) и Иглы (Оксана Фандера), конечно, не было, так как лидеры террора были либо арестованы и казнены, либо уехали заграницу.

Не барское это дело – пенять на кого-то. Лучше уж самому дело делать. А как Пожарский служит отечеству, мы видели – Кот Котофеич находит общий язык с любым преступником, компромисс во имя своего кармана – его принцип жизни. Не всегда честно, не всегда красиво, не всегда аристократично ведет себя Пожарский, ради выгоды не гнушается "ботать по фене", и то спасибо, что не матерится, хотя это можно объяснить коммерческим ходом: пришлось бы поднять возрастной ценз фильма, а это не выгодно. В общем, деградация дворянства конца XIX века на лицо, смена политического уклада в скором будущем воспринимается логичной в этом фильме. Такие, как Фандорин – благородные, добропорядочные представители интеллигенции уже теряют запал, они красиво стареют, не подготовив себе достойную смену, а живчики вроде Пожарского сами себя съедят, расчистив дорогу новой элите по праву, таковы законы бытия. Пожарский каждому знает цену, и в первую очередь самому себе, он отчасти психолог, отчасти авантюрист. Он лидер по натуре, и не терпит препятствий на своем пути, азартен, а как известно, азарт рано или поздно подводит. Если бы эту роль исполнял кто-то другой, скорее всего, получился бы другой князь. А здесь Михалков получился в роли самого себя, впрочем как и в "Утомленных солнцем", в "Сибирском цирюльнике" и в "Жестоком романсе".

Все-то Фандорина знают, и всех-то он помнит, за всех-то радеет, только вот не остается времени на личную жизнь и к тридцати пяти годам он все еще одинок. Примечательно, что у Меньшикова Фандорин заикается всегда, в то время как у Бероева он заикается, когда волнуется. Доверяет Эраст Петрович только своему слуге - японцу Маса (Масами Огава), не может быть уверен в своих близких, даже в Эсфири (Эмилия Спивак). Не понятно, к чему в картине обозначена национальность девушки, древняя культура Масы хоть обыгрывается сюжетно: тут тебе и разговоры на японском, чтоб никто не знал, о чем идет речь, и мини-баня в бочке, наведшая Фандорина на мысль о встрече в бане, и утренние бои на мечах, и даже Камасутра. Хорошо, что японца все-таки играет настоящий этнический японец, а не Михаил Ефремов, который планировался изначально на эту роль, иначе с каждым появлением японца в кадре думаю, зал покатывался бы со смеху, отвлекаясь от основного сюжета.

Хорош получился Грин в исполнении Константина Хабенского. Он наделил холодного, расчетливого террориста чувством, за леденящим взглядом которого скрывается лавина страстей: когда генерал Храпов рассказывает о девушке-террористке, у него появляются слезы на глазах, а на слова Иглы о том, что она не красивая, говорит что очень красивая. Хабенский и Фандера снова встретились в одном фильме после "В движении" Янковского, где им также пришлось играть любовную сцену, но на физиологическом уровне влечения. Здесь же эпизодическая лирическая линия наделена гораздо большей одухотворенностью и проникновенностью, нежели Фандорина и Эсфири, происходящая на протяжении фильма. Третья любовная линия, оказавшаяся односторонней – это Жюли (Мария Миронова) и Паратов… простите, Пожарский. Жизнерадостная, любвеобильная хозяйка публичного дома выделяется на общем фоне костюмами и гримом: соответственно своему статусу она всегда "немного слишком" - чуть ярче накрашена, чуть пестрее наряды, чуть ярче и рыжее волосы. Однако и она не остается в стороне политических дел, становясь не то сообщницей, не то пешкой.

Замечательна в фильме работа оператора-постановщика Владислава Опельянца. Изображение в фильме играет красками, тонами и полутонами, создана атмосфера каждой стороны: убежища террористов решены в холодных, синевато-серых тонах, там всегда царит полумрак, они словно пронизаны холодом. Покои Фандорина изображены нейтрально, спокойно, присутственные же места полны теплых, светлых тонов плотной насыщенности. Яркость и пестрота убранства передает оптимистический, веселый заряд, жизнеутверждающий посыл, в то время как места явки террористов настраивают на разрушительный, декаданский лад. Люди, обитающие там словно бы заморожены, а вместе с ними – их чувства, ощущения, вкус к жизни. Получается, они словно дети подземелья не живут, а существуют.

По-голливудски слезоточиво, а потому неискренне снят финальный диалог Фандорина и слуги о судьбе страны. Но статус обязывает создателей на определенные ориентиры, а потому герои говорят о службе родине, о неприятии к "синим мундирам" в обществе, о долге и чести в увлекательной форме детектива.


comments powered by HyperComments

X МКФ "Восток&Запад. Классика и Авангард": Первая "Ночь ужасов"

XXV КФ "Окно в Европу": Трудные родственники

Умер Виктор Смирнов

XXV КФ "Окно в Европу": То, что в окне

Умер Владимир Толоконников

Премия Гильдии сценаристов-2016: в кино — "Монах и бес", на тв — "Таинственная страсть"