Канны
Канны

Эмир Кустурица, претендующий на третью в своей карьере Пальмовую ветвь, покорил сердца журналистов настолько, что на пресс-конференциях народ начинает хохотать как только Эмир открывает рот. Тема пресс-конференции – новый международный проект под эгидой UNICEF с неудачным названием "Все невидимые дети". Авторы проекта, итальянские продюсеры Кьяра Тилези и Стефано Венерузо, заручившись финансовой поддержкой министерства иностранных дел Италии и РАИ Синема, предложили крупнейшим современным режиссерам снять по короткометражному фильму о жизни обездоленного ребенка.

На данный момент в проекте согласились участвовать Джон Ву ("Без лица", "Миссия невыполнима 2"), который снимет эпизод в Китае, Ридли Скот ("Бегущий по лезвию", "Гладиатор") и его дочь Джордан Скот, представляющие Великобританию, Катя Лунд (участвовала в съемках "Города Бога") из Бразилии и Эмир Кустурица. Он снимет эпизод о цыганском подростке из Сербии, промышляющем мелким воровством.

Задаю вопрос Кустурице: "Эмир, почему Вы решили принять участие в этом проекте?".

"Дело в том, что я вступил в почетную должность посла ЮНИСЕФ. Мне кажется, что, участвуя в этом проекте, я как раз выполняю миссию защитника прав детей в мире. На вечеринки и гала-балы я ходить не люблю, а вот снять кино о мальчике, живущем в полу-криминальном мире (мир этот мне интересен и близок) я, мне кажется, могу."

"Музыку к фильму Вы будете писать сами?"

"А как же! Обязательно!".

По замыслу продюсеров, законченные короткометражки будут соединены в один полнометражный фильм: возможно, в конце его дети из разных эпизодов картины сойдутся вместе.

Вопрос ко всем режиссерам: "После долгого опыта работы над полнометражными лентами, интересно ли вам будет вернуться к короткому метражу?".

Пока Джон Ву собирается с мыслями, а Джордан Скот наморщивает прелестный лобик, Кустурица хватает микрофон: "Все-таки это лучше, чем снимать тридцатисекундную рекламу!". Взрыв хохота в зале.

В Канне хорошие новости: Невеста воскресла и снова полна решимости убить Билла. На этот раз история отношений героев проясняется настолько, что, если бы не виртуозная ирония Тарантино, можно было бы подумать, что жанр картины – романтическая мелодрама, а не ужасный боевик. Оказывается, все, что случилось в первой части фильма, произошло потому, что Билл перенервничал. Больше ничего говорить нельзя, чтобы не испортить зрителю праздник. Добавим только, что к классическим эпизодам и цитатам из фильмографии Тарантино с выходом "Убить Билла 2" на широкий экран прибавится еще, как минимум, дюжина. Чего только стоит сцена со стаканом воды...

Квентин Тарантино, царь и бог фестиваля (призидент жюри и одновременно режиссер главного фестивального блокбастера), говорит: "Я всегда мечтал приехать в Канн и выиграть Золотую Пальмовую ветвь. Это произошло в 1994 году – мой фильм "Криминальное чтиво" победил в конкурсе. И вот теперь, 10 лет спустя, я вернулся в Канн в роли президента главного жюри фестиваля. Это просто потрясающе! Конечно, в конкурсной программе есть картины, которые мне особенно интересны. Я предвкушал возможность их посмотреть. Но, уверяю вас, мы будем предельно объективны. Фильм победит в конкурсе только потому, что он – самый лучший. Не важно – документальый или художественный. Я сделаю все, чтобы в решении нашего жюри не было предвзятости!"

Пока в набитом до отказа Большом Театре Люмьер воскресшая Ума Турман терпела адские муки в попытке убить Билла, в соседнем зале Дворца Фестивалей во внеконкурсной программе показывали новый фильм Жана-Люка Годара "Наша музыка". Годар снял божественную комедию. В ней, как полагается, три части: ад (7-8 минут черно-белых и цветных изображений баталий, взрывов, трупов всех времен и народов под аккомпанимент четырех музыкальный произведений и четырех произнесенных за кадром предложений), чистилище (часовой игровой фильм, снятый в Сараево) и рай (десятиминутный игровой эпизод – молодые люди забавляются на солнечной поляне у ручья под присмотром морских пехотинцев армии США, охраняющий райскую территорию).

В роли Данте выступает сам Годар, он участвует в фильме, разговаривает с героями. Вергилиев в фильме несколько. Все они – писатели и философы из Европы и Ближнего востока. Фильм предлагает зрителю набор философских максим с иллюстрациями.

О политике: "Коммунизм в истории человечества случился всего один раз. Вернее, два раза по 45 минут, когда на стадионе Уэмбли сборная Венгрии выиграла у сборной Англии. Англичане играли каждый за себя, а венгры сплотились в коллектив".

О кинематографе: "Не стоит разделять документальное и художественное кино. Они сосуществуют, взаимодействуют, как реальность и иллюзия. Как крупный и дальний план в кадре. В 1948 году израильтяне и палестинцы прошли по водам. Евреи шли в землю обетованную, а арабы шли тонуть. Первое художество, второе документалистика."
Зал аплодировал фильму стоя.

В этот уикэнд на фестивальном экране появилось, наконец, российское кино. В программе "Неделя международной кинокритики" демонстрировался фильм Бориса Хлебникова и Александра Попогребского "Коктебель", отмеченный призом ФИПРЕССИ на прошлогоднем московском фестивале. Стоит ли говорить, что французский ведущий, представлявший фильм, кое-как промямлил фамилию "Хлебников", но на Попогребском сломался, и просто сообщил, что эти молодые люди возрождают славные традиции российского кино 60-х – 70-х. Вероятно, нашим режиссерам, претендующим на успех на западе, следует брать двусложные и легко узнаваемые псевдонимы типа "ленин" или "путин". Вот ведь Андрей Звягинцев жаловался, что не узнал своей фамилии в произношении братьев Тавиани и долго не мог понять, кому же присудили веницианский приз. Хлебников и Попогребский приветливо покивали каннским зрителям, а их фильм, роуд-муви в стиле нового русского минимализма, произвел на публику хорошее впечатление.

На каннских экранах идут фильмы, на каннских улицах идут манифестации. Всяческие безобразия, митинги и протесты продолжаются. В эти выходные несколько показов на фестивальном кинорынке было сорвано манифестантами, которые заблокировали доступ к демонстрационным залам. Полиция старается держать ситуацию под контролем и, по возможности, соблюдать нейтралитет. Как известно, представители профсоюза работников шоу-бизнеса угрожали более серьезными беспорядками, если им не предоставят права выражать свой протест прямо на фестивале. Много хлопот доставляют полицейским балы, гала-ужины и приемы, проходящие вдоль всего Круазета.

Уикэнд начался с блестящей вечеринки, организованной ювелирной фирмой "Шопард" в модном клубе Palm Beach. В субботу в Шато де Напуль все звезды чествовали создателей "Шрека 2". У простых смертных тоже есть шанс приобщиться к сладкой жизни фестиваля. Перед клубом V.I.P. Palm Beach в два часа ночи толпа почти такая же, как днем перед Дворцом Фестивалей.

Не хотите стоять в очереди? Вуаля – услужливый привратник запаркует вашу альфа-ромео и мнгновенно проведет вас прямо в главный шатер клуба, если вы готовы заплатить 250 евро за бутылку бакарди. В меню только бакарди и шампанское. Да и меню никакого нет, мальчики в спортивнх красных фуфайках бегают по сверкающему огнями черно-белому шатру с бутылками бакарди и пирамидами стаканов в руках. Если очень повезет, дадут апельсиновый сок...

Золотая молодежь Лазурного берега отплясывает на вращающейся металлической танцплощадке. Группа студентов из школы бизнеса в Монако, перекрикивая музыку, спорит о том, возвращаться ли им завтра в Монако на гонки, или потолкаться еще на Круазете с кинозвездами...

Бурный уикэнд подходит к концу. Каннский фестиваль, затаив дыхание, ждет показа документального фильма Майкла Мура "Фаренгейт 9-11" о событиях 11 сентября 2001 года. Доживем до понедельника...


comments powered by HyperComments

XIV МКФ "Зеркало": Первый п(р)ошел

Давайте уже после коронавируса

III Фестиваль ТХФ "Утро Родины": В Южно-Сахалинске пятибалльный "Шторм"

Премия "Белый квадрат"-2019: Шесть лучших операторских работ года

XVIII МКФ "Дух огня": "Преступный человек" в "Золотой тайге"

VI МКФ "Восемь женщин": Канцтовары в приоритете