Ждали Большого Русского Фильма и получили – с первого одинокого дерева с пышной кроной – доказательстово, что Звягинцев виртуозно воспроизводит манеру своего кумира,
Андрея Тарковского. Работа оператора,
Михаила Кричмана, которого Звягинцев назвает "мои глаза", безупречна. Когда же первый восторг от эстетического впечатления слегка притупился, зрители начали пытаться вникнуть в историю и проследить за развитием характеров и драмы. И вот тут произошла осечка, так как довольно скоро выяснилось, что форма этой картины во сто крат мощнее содержания...
читать рецензию »